Review of the book: I.N. Medvedskaya The History of the Median King-dom: the 7th–6th Centuries B.C. St. Petersburg: Eurasia, 2018. 322 pp. ISBN 978-5-8071-0371-1

Full Text

История Мидии до сих пор остается малоизученной по сравнению с историей дру­гих стран и регионов Древнего Востока. В последнее время среди исследователей, занимающихся изучением древнего Ирана, предметом полемики нередко становится сам факт существования Мидийского царства как государственной структуры, дис­куссии идут и по поводу оценки роли Мидии в истории древнего Ближнего Востока. Письменные памятники самого Мидийского царства неизвестны, но отдельные све­дения о нем сохранились в клинописных (ассиро-вавилонских и древнеперсидских) текстах IX–VI вв. до н.э., в Библии и в сочинениях авторов античного и раннесредне­векового времени.

С начала XIX в. и на протяжении последующих ста с лишним лет научного изуче­ния истории Древнего Востока главным источником сведений о Мидии служили ан­тичные и в меньшей степени библейские сочинения. Свидетельства этих текстов от­ражали сложившееся у древних авторов представление о существовании некогда мощного мидийского государства, простиравшегося от Северной Месопотамии до Бактрии в Средней Азии и игравшего важную роль в истории Ближнего Востока VII–VI вв. до н.э. Однако во второй половине XX в. в исторической науке вследствие усиления критического отношения к некоторым данным античных источников в ис­следованиях по истории Мидии сформировалась другая точка зрения. Стали оспари­вать сам факт существования Мидийского царства как государственного образования и важность той роли, которую Мидия сыграла в истории стран древнего Ближнего Востока. По этой концепции, Мидийского царства, по существу, не было, а был союз племен, контролировавший небольшую территорию вокруг Экбатан до завоевания ее персами в 550 г. до н.э., представление же о существовании Мидийской империи, по утверждению ряда исследователей, является исторической фикцией, возникновением которой наука обязана Геродоту. В соответствии с этим мнением историю первого иранского государства продолжали отсчитывать от середины VI в. до н.э., т.е. с мо­мента возникновения Ахеменидского царства, при этом история собственно Мидии рассматривалась лишь как краткая прелюдия к изложению истории Персидского цар­ства.

Такое представление об истории мидийской государственности не сразу изменил даже начавшийся с середины ХХ в. активный ввод в научный оборот новых син­хрон­ных источников по истории Мидии — месопотамских клинописных текстов (асси­рийских и вавилонских). Впервые в полном объеме доступные на тот момент клино­писные тексты были использованы в монографии И.М. Дьяконова «История Мидии: от древнейших времен до конца IV века до н.э.» (М.; Л., 1956). Выводы, к которым И.М. Дьяконов пришел на основании их изучения, подтвердили многие сообщения Геродота и других античных авторов о важной роли, которую Мидийское царство играло в политической истории Ближнего Востока. К концу 80-х годов прошлого века Ст. Завадским был выработан новый методологический подход к работе с пись­менными источниками, содержащими свидетельства по истории древнего Ирана. Основу работы по исследованию ранней государственности Ирана, утверждает уче­ный, должны составлять именно изучение и анализ синхронных клинописных тек­стов. Свидетельства античных авторов, по его мнению, могут быть использованы только для подтверждения или дополнения данных, содержащихся в клинописных текстах. Этот подход был в полной мере осуществлен И.Н. Медведской в рецензи­руемой монографии «История Мидийского царства: VII–VI вв. до н.э.». Сравнитель­ный анализ большого количества клинописных и античных источников позволил автору по-новому подойти к вопросу о характере мидийской государственности и закрыть целый ряд белых пятен в истории Мидии.

Тщательная работа с ассирийскими и вавилонскими клинописными текстами и до­полняющими их античными источниками позволила автору впервые в отечественной науке осуществить реконструкцию исторической географии Ирана новоассирийского периода и предложить новый подход к решению ряда спорных вопросов истории соседних с Мидией государств, и прежде всего вопроса киммерийско-скифского при­сутствия в ближневосточном регионе. Изучение месопотамских источников сделало возможным обосновать утверждение о том, что самым ранним иранским государст­вом было именно Мидийское царство, игравшее исключительно важную роль на по­литической сцене Ближнего Востока в VII–VI вв. до н.э. Даже после того как в сере­дине VI в. до н.э. власть в стране перешла к персидской династии Ахеменидов и го­сударство получило новое название, оно, как считает автор, сохранило свои основы, оставаясь по существу Мидийско-Персидским царством.

Монография И.Н. Медведской представляет собой четко структурированное сочи­нение, состоящее из Предисловия, пяти глав и Заключения. В приложении приведены авторские карты изучаемой территории и указатели. В главе I (с. 10–37) подробно рассмотрены данные письменных источников (ассирийских, вавилонских, библей­ских и античных), которые на протяжении почти трех тысячелетий сохраняли сведе­ния о мидийцах и Мидийском царстве; правда, сведения эти весьма скудные, часто обрывочные и противоречивые, для их правильного истолкования и помещения в исторический контекст потребовалось провести большую исследовательскую и ана­литическую работу. В главе II (с. 38–67) автор представляет читателю обзор историо­графии научных публикаций по истории Мидии. На основе критического анализа предшествующих исследований автор определяет основные проблемы, решение ко­торых, по ее мнению, позволит наиболее убедительно реконструировать историю Мидийского царства. Среди этих спорных проблем особо значимыми автор считает: уточнение географических рамок той территории, которую изначально занимало Мидийское царство; вопрос о причинах и времени сложения и возвышения мидий­ского государства; уточнение хронологии правления царей мидийской династии; во­прос о причинах ее падения и перехода власти к Ахеменидам; также важным для ис­следования истории Мидийского царства является, по мнению автора, ясное пред­ставление о той роли, которую в истории Мидии и других стран древнего Ближнего Востока сыграли киммерийцы и скифы. Именно на этих вопросах автор подробно останавливается в следующих главах своего исследования.

Глава III (с. 68–143) посвящена реконструкции исторической географии Северо-Западного Ирана, где в VII–VI вв. до н.э. сформировалось мидийское государство. Эту работу автора, сделанную на основе тщательного исследования множества син­хронных клинописных источников, вполне можно оценить как новаторскую и ис­ключительно важную и необходимую для реконструкции истории Мидии. Изложе­ние иллюстрируется тремя картами-схемами, которые дают читателю ясное визуаль­ное представление о географии исследуемого региона.

Принципиально важны и выводы, сделанные автором в этой главе. И.Н. Мед­ведская убедительно оспорила реконструкцию исторической географии Мидии, раз­работанную американским исследователем Л. Левином, которая легла в основу его варианта истории Мидийского царства. Согласно Л. Левину, первоначальная Мидия локализовалась в горах Загроса к западу от Хамаданской равнины. Главным доказа­тельством этого, по его мнению, служит отсутствие упоминания в ассирийских анна­лах, в которых описывались походы ассирийских царей, мидийской столицы Экбатан (совр. Хамадан, с. 121–122). Приняв гипотезу Л. Левина, ряд исследователей пришли к заключению, что Мидийского царства как государственной структуры вообще не существовало, была лишь «федерация» племен, а в разгроме Ассирии мидийцы были лишь наемниками вавилонского царя (с. 62–65). И.Н. Медведская приводит целый ряд неоспоримых доказательств традиционной локализации Мидии на Хамаданской равнине. Главное из этих доказательств автор нашла при изучении ассирийских ан­налов, где упоминается «царский город Сагбат». И.Н. Медведская смогла идентифи­цировать топоним Сагбат с древнеперсидским топонимом Хангматана (греч. Экбата­ны, с. 123–124). Таким образом, теория Л. Левина и его последователей, основанная на отсутствии упоминаний в ассирийских анналах топонима Экбатан, оказывается полностью несостоятельной.

Идентификация топонима Сагбат в сочетании с доказанной Э.А. Грантовским идентификацией горы Демавенд (недалеко от Тегерана) с горой Бикни, или Лузури­товой горой (с. 122–123), упоминаемой в анналах, дают точные географические при­вязки, позволяющие определить пределы первоначальной Мидии от гор Загроса на западе до Демаведа/Бикни в стране «далеких мидийцев» на востоке.

Эта локализация, по мнению И.Н. Медведской, четко подтверждается археологи­ческими данными. Автор выявила важные признаки мидийской культуры, объеди­няющие помимо характерной мидийской нерасписной керамики все пять памятни­ков, найденных и исследованных на этой территории (Ожбаки, Муш /Хамадан, Го­дин, Гунеспан, Нуш-иджан тепе). Среди них общие строительные приемы и единая архитектурная концепция построек, прежде всего наличие в них колонного зала с тремя и более рядами колонн. Ничего подобного в предшествующий период в архи­тектуре древнего Ближнего Востока не найдено. Однако в последующем именно та­кой многоколонный зал стал частью строительной традиции Ахеменидов (ападана)
и всего древнего Ближнего Востока (с. 65, 114, 117).

Глава IV (с. 144–210) посвящена собственно истории Мидии, реконструкция кото­рой разработана автором на основе принципиально нового методологического подхода к ее изучению, который был сформулирован Ст. Завадским (см. выше). Базой данного исследования автор сделала именно работу с клинописными источниками. Найденные в них свидетельства сравнивались с данными античных источников; причем в том слу­чае, когда такое сравнение выявляло определенные противоречия, приоритет оставался за данными клинописных текстов. Как считает автор, факты, сообщаемые Геродотом и другими античными авторами, лишь в некоторых случаях подтверждают и дополняют основанную на клинописных источниках реконструкцию последовательности событий, составляющих историю Мидийского царства, а в целом ряде случаев явно искажают ее. Так, приведенные Геродотом сведения о 28-летнем господстве скифов над мидийцами и его мнение об исключительно важной роли, которую евразийские номады сыграли в истории стран древнего Ближнего Востока, воспринятое последующими историками, не подтверждаются свидетельствами клинописных текстов. Некритичное использова­ние утверждений Геродота привело, как утверждает автор, к серьезным искажениям в представлениях об истории и хронологии мидийской династии.

В результате тщательного изучения и сравнения клинописных и античных пись­менных источников автору удалось представить логично выстроенную реконструк­цию хронологии и последовательности исторических событий, которые составили историю Мидийского царства:

 

  • начало мидийской экспансии в конце 670-х годов до н.э. вскоре после успешного антиассирийского восстания, во главе которого стоял Фраорт/Каштарити, став­ший после победы царем всей Мидии;
  • разгром мидийцами Урарту не позднее 640-х годов до н.э.[1];
  • важная роль Мидии (в союзе с Вавилонией) в разгроме Ассирийского царства
    в 612 г. до н.э.; последующее возвышение Мидийского царства, простиравшегося от Северной Месопотамии до Бактрии в Средней Азии;
  • свержение персами мидийской династии в 550 г. до н.э. Важным выводом, к ко­торому приходит автор в результате проведенного ею исследования, стало поло­жение о единстве Мидийско-Ахеменидского царства.

В 550 г. до н.э., по мнению И.Н. Медведской, не произошло «падение» Мидийско­го царства, а случилась только смена династий в государстве. Поэтому именно Ми­дийское царство, как утверждает автор, следует считать первым иранским государст­вом, вопреки принятому в науке заключению, что таковым стало лишь царство Ахе­менидов.

Глава V (с. 211–256) посвящена определению роли, которую сыграли в истории древнего Ближнего Востока киммерийцы и скифы. От понимания этой проблемы, как указывает автор, во многом зависит и характер реконструкции истории Мидийского царства. Внимательное рассмотрение сведений о евразийских номадах в клинопис­ных, библейских и античных источниках позволило автору предложить очевидное объяснение причин противоречивой оценки роли киммерийцев и скифов в истории стран древнего Ближнего Востока и Мидии в частности.

По мнению И.Н. Медведской, письменные источники, которые содержат различ­ные сведения о номадах, разделены хронологически и отражают разные этапы пре­бывания киммерийцев и скифов на Ближнем Востоке. В клинописных источниках VII в. до н.э. отражена заметная роль, которую в это время в странах к северо-западу от Ассирии, в том числе в Малой Азии, играли именно киммерийцы. Накануне анти­ассирийского восстания конца 670-х годов в неофициальных ассирийских докумен­тах и киммерийцы, и скифы упоминаются как враги, нападающие на ассирийские отряды, посланные, например, за сбором дани. Но в описании самого восстания ски­фы уже не упоминаются. Как считает автор, вполне очевидно, что и киммерийцы,
и скифы не только не представляли в это время опасности для мидийцев, но фактиче­ски были их союзниками в борьбе с Ассирией (гл. V.1–4). Библия также сохрани-
ла память о лидерстве киммерийцев, назвав Гóмера (киммериец) отцом Ашкеназа (скиф) (гл. V.5). Античные авторы уже в середине VII в. до н.э. знали о том, что в Малую Азию вторглись именно киммерийцы (с. 244). Однако Геродот, который по­знакомился с героическими преданиями скифов в V в. до н.э., находясь в Причерно­морье, смог изложить уже только скифскую версию (гл. V.6). В его Истории лидера­ми всегда оказывались побеждавшие киммерийцев скифы. Все это заставляет сомне­ваться в достоверности античной традиции о скифской гегемонии в Передней Азии. Такого рода лидерство, по мнению автора, было тем более невозможно в период по­литического господства Мидийского царства в Передней Азии во второй половине VII в. до н.э. (с. 246–247). Автор полностью исключает вмешательство евразийских номадов в политическую историю Мидийского царства и установление скифского господства над мидийцами.

В кратком Заключении (с. 257–261) четко изложены ключевые выводы автора. Ре­конструкция исторической географии Северо-Западного Ирана новоассирийского периода позволила автору отказаться от реконструкции Л. Левина и, соответственно, от ряда гипотез, выдвинутых на основе локализации Мидии в горах Загроса (гл. III). Определенные автором пять основных этапов мидийской истории позволяют вер­нуться к представлению о значительной роли Мидийского царства в истории древне­го Ближнего Востока. Важным для понимания истории Мидии является вывод автора о сохранении преемственности государства при смене династий: в середине VI в.
до н.э. не было «падения» Мидийского царства, а произошла лишь смена династий
и продолжало существовать по сути Мидийско-Персидское царство.

Публикация монографии И.Н. Медведской «История Мидийского царства: VII–VI вв. до н.э.», основанной на изучении и анализе огромного письменного и археоло­гического материала, знаменует собой новый важный этап на пути изучения древней истории Ирана. Книга, несомненно, будет интересна и специалистам по древней ис­тории, и широкому кругу читателей.

 

[1] В недавно опубликованной статье И.Н. Медведская уточнила причину такой первоочередности: потеряв в 714 г. до н.э. свои приурмийские владения, урарты стали продвигаться к Каспийскому морю и далее на юг, к северным рубежам Мидии, что не могло не беспокоить мидийских царей (Медведская И.Н. Дошли ли урарты до Каспийского моря? // Письменные памятники Востока. 2019. Том 16. № 2 (вып. 37). С. 19–39).

About the authors

Nelly V. Kozyreva

Institute of Oriental Manuscripts RAS

Author for correspondence.
Email: n.v.kozyreva@gmail.com
SPIN-code: 2020-1855

Russian Federation

References

Statistics

Views

Abstract - 0

PDF (Russian) - 0

Cited-By


Article Metrics

Metrics Loading ...

PlumX

Dimensions

Refbacks

  • There are currently no refbacks.


Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies