MECHANISMS OF FORMATION OF FUNCTIONAL FACIAL ASYMMETRY IN PATIENTS WITH A DYSFUNCTIONAL CONDITION TEMPOROMANDIBULAR JOINT
- Authors: Martyusheva M.1
-
Affiliations:
- Perm State Medical University named after E.A. Wagner
- Section: Original studies
- Submitted: 04.07.2024
- Accepted: 26.08.2024
- Published: 26.08.2024
- URL: https://permmedjournal.ru/PMJ/article/view/634050
- DOI: https://doi.org/10.17816/pmj414%25p
- ID: 634050
Cite item
Full Text
Abstract
Facial asymmetry can occur as a result of developmental abnormalities, hereditary factors, traumatic deformities, tumor processes, imbalance of the masticatory muscles, displacement of the articular disc, disproportion between the right and left sides. Also, this condition may be caused by non-dental reasons.
Purpose. Detailing the clinical manifestations, diagnosis and treatment of functional facial asymmetry in patients with a dysfunctional condition of the temporomandibular joint.
Materials and methods. A detailed examination of 34 (25%) patients with symptomatic facial asymmetry belonging to type 3 according to the classification of H.S. Hwang [6] was conducted: 5 of them were men, which amounted to 14.71% and 29 women - 85.29%. The examination protocol included standard dental treatment, cone-beam computed tomography of both jaws and TMJ, MRI of the TMJ with functional load.
Conclusion. The functional asymmetry of the face is formed as a result of multifactorial effects on the human body, and is polymorbid in nature. This condition is accompanied by the presence of complicated dental pathology: increased erasability of hard dental tissues, functional overload with the formation of traumatic nodes, muscle and TMJ dysfunction and requires compliance with a strict diagnostic and therapeutic algorithm involving internists for correction sleep, postural stability and psycho-neurological status.
Full Text
Введение. Основными задачами современной ортопедической стоматологии является замещение дефектов зубов и зубных рядов, достижение индивидуального эстетического и функционального оптимума. Одним из наиболее значимых для пациента эстетических параметров лица является симметрия. Идеальная симметрия лица в природе встречается крайне редко, поэтому все каноны красоты учитывают динамическую симметричность с легким отклонением от идеальной и сохранением функции зубочелюстного аппарата [1, 2, 3, 4, 5]. По данным одних авторов, асимметрия лица может возникать в результате аномалий развития, наследственных факторов, травматических деформаций, опухолевых процессов, дисбаланса жевательной мускулатуры, смещения суставного диска, диспропорциональности между правой и левой сторонами [3, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12]. По данным других исследователей, несоответствие правой и левой сторон лица может быть не связано со стоматологическими причинами [13, 14]. Согласно данным литературы, выделяют моторную и сенсорную функциональную асимметрию тела человека, включающую нарушение пропорций челюстно-лицевого аппарата. Изучены и описаны вкусовая, тактильная, зрительная асимметрии, выявлено соответствие между ними[i] [29]. Однако, эти виды асимметрии не имеют большой значимости в ортопедической стоматологии, т.к. находятся в физиологических пределах. Установлено, что асимметрия лица увеличивается с возрастом, что связано с ремоделированием костной ткани и возрастными изменениями мягких тканей (снижение тургора, эластичности и т.д.) [15, 16].
Традиционно основами диагностического процесса являются сбор субъективных данных, физикальное обследование, фотометрия, конусно-лучевая томография, цефалометрический анализ, МРТ. Врачом оцениваются скелетные, мягкотканые диспропорции, состояние и пространственное расположение зубных рядов и отдельных зубов, функциональные изменения (одностороннее жевание, мышечно-тонический синдром и т.д.), анализ компенсации [8, 16, 17, 18, 19]. Наиболее часто исследователи выделяют две основных причины асимметрии лица: разная длина ветви нижней челюсти справа и слева, функциональная асимметрия, возникающая в результате частичного отсутствия зубов, аномалий и деформаций зубных рядов и отдельных зубов, окклюзионных интерференций, локального гипертонуса отдельных жевательных мышц [6, 20, 21].
Дисфункциональное состояние височно-нижнечелюстного сустава может приводить к развитию компенсаторных перестроек в зубочелюстном аппарате, в результате чего происходит адаптивная аномалия развития и (или) деформация зубных рядов в трех взаимно перпендикулярных направлениях: сагиттальном, трансверзальном, вертикальном [22, 23]. Первоначально при компенсаторных процессах зубы смещаются в мезио-дистальном, вестибуло-оральном направлениях, поворачиваются вокруг своей оси или смещаются комбинированно [7, 24, 26]. Меняется наклон окклюзионной плоскости, возникает компрессия и дилатация внутрисуставных структур, изменяется положение нижней челюсти, что в конечном итоге приводит к ремоделированию мыщелков и в последствии к остеоартрозу [6, 7, 26, 27].
Тактика устранения асимметрии лица и сниженной высоты прикуса зависит от возраста пациента, этиологии, степени дисгармонии. Чаще всего используются ортопедические, ортодонтические, хирургические и сочетанные методы коррекции патологии [1, 2, 3, 8, 18].
Цель исследования: детализация клинических проявлений, диагностики и лечения функциональной асимметрии лица у пациентов с дисфункциональным состоянием височно-нижнечелюстного сустава.
Материалы и методы исследования. Проведено обследование 136 пациентов с дисфункциональным состоянием ВНЧС, из них мужчин - 25 (18,38%), женщин – 111 (81,62%), в возрасте от 18 до 81 года. Средний возраст составил 43,17 лет. Выделено 34 (25%) пациента с симптоматической асимметрией лица, относящейся к 3 типу согласно классификации H.S. Hwang [6]: из них - 5 мужчин, что составило 14,71% и 29 женщин -85,29%. Данный тип характеризуется одинаковой длиной ветвей нижней челюсти, отклонением подбородка, но подбородок и нижняя челюсть смещаются от центра лица в какую-либо сторону в результате функционального сдвига, возникающего из-за различных типов окклюзионных интерференций (например, аномалия положения зубов, перекрестный прикус или сужение верхнечелюстного ряда). Критериями невключения в исследование были пациенты с динамической симметрией лица, асимметрией лица в результате нарушения развития лицевого скелета, наследственной патологии, а также пациенты с разной длиной правой и левой ветвей нижней челюсти. Критерием исключения был отказ от лечения на любом этапе. Протокол обследования включал стандартное стоматологическое лечение, конусно-лучевую компьютерную томографию обеих челюстей и ВНЧС, МРТ ВНЧС с функциональной нагрузкой.
Результаты исследования. Подавляющее количество обследованных пациентов 31 (91%) с асимметрией лица предъявляли жалобы, связанные с дисфункцией ВНЧС. Пациенты заполняли анкету здоровья, на базе которой затем уточнялись данные анамнеза жизни и заболевания (рис.1). В анамнезе наиболее значимыми общими признаками дисфункционального состояния были: нарушение осанки (82,4%), спазмы в области головы и шеи (67,65%), головные боли (44,12%), нарушение длительности и качества сна (55,88%), чувство разбитости после сна (44,12%), психо-неврологические нарушения (41,18%). Пациенты придавали большое значение изменению в зубах за последние 5 лет (укорочение зубов, изменение положения, появление щелей и т.д.) (55,88%), нарушению жевания (одностороннее жевание, боль, дискомфорт при жевании) (50%), поиску удобного положения нижней челюсти (47,06%). Кратность посещения стоматолога в среднем составляла 3,3 года. Неблагоприятный опыт предыдущего стоматологического лечения отмечали 7 (20,59%) обратившихся за помощью.
Рис. 1. Результаты анкетирования пациентов, в %.
При внешнем осмотре диагностировалось несоответствие высоты правой и левой половин лица, смещение подбородка в правую сторону 29 (85,3%) и в левую сторону- 5 (14,7%), т.е. преимущественно диагностировалась асимметрия лица со смещением нижней челюсти вправо. Отсутствие изменения высоты нижнего отдела лица выявлялось у 22 (65%) пациентов, снижение - 11 (32%), завышение – 1 (2,9%). Объем открывания рта был нарушен у 21 (61,76%) обследованного (ограничен- 20 (58,82%), увеличен 1 (2,94%), оставался в пределах нормы 13 (38,24%). Траектория смещения нижней челюсти относительно средней линии лица было симметричной у 16 (47,06%) пациентов, асимметричной у 18 (52,94%). У 7 (20,59 %) обследованных не совпадали траектории открывания и закрывания полости рта. При этом нижняя челюсть отклонялась как в правую (10 (29,41%), так и в левую стороны 10 (29,41%) от центральной линии в равной степени при полном открытии рта. Акустические явления в виде щелчков, крепитации, шелеста и других посторонних звуков в суставе свидетельствовали о наличии внутрисуставной патологии и выявлялись у 24 (70,59%) больных. Асинхронный окклюзионный стук диагностировался у 29 (85,29%) пациентов, что свидетельствовало о наличии преждевременных контактов.
Болезненность при пальпации мышц в сравнительном аспекте с правой и левой стороны показала интересные, на наш взгляд, результаты (рис.2). Боль в медиальной крыловидной мышце (61,76%), поверхностной жевательной мышце (50%) выявляется чаще справа. Напротив, интенсивность болевой реакции при исследовании латеральной крыловидной (64,71%) мышцы и основания сухожилия височной мышцы (52,94%) выше слева. При обследовании задних полюсов головок сустава при ротации боль диагностирована справа у 6 (17,65%) пациентов, слева – 4 (11,76%), заднего суставного пространства справа – 10 (29,41%) и слева 10 (29,41%), что свидетельствует о заинтересованности биламинарной зоны, смещении челюстных головок в данную зону. Обследование мышц шеи и плечевого пояса выявило преобладание болевой реакции при пальпации лопаточно-подъязычной, трацевидной мышц так же справа. Боль при пальпации ВНЧС определена у 6 (17,65%) пациентов.
При оценке стоматологического статуса выявлена высокая нуждаемость в санации полости рта. В среднем индекс КПУ достигал значения 15,03±8,18, где интенсивность кариозного процесса составила 4,21±3,82, количество пломб 7,47±5,72, удаленных зубов 3,26±3,73. Повышенное стирание твердых тканей зубов выявлялось у 31 (91,18%) пациента, трещины эмали у 15 (44,12%), абфракционные дефекты – 16 (47,06%), вторичные деформации зубных рядов – 17 (50%). Ткани краевого пародонта физиологической окраски встречались у 28 (82,35%) обследованных, без изменения контура и объема десны у 21 (61,76%). Подвижность зубов диагностирована у 3 (8,82%) пациентов, гиперемия – 5 (14,71), отёк – 2 (5,88%), пародонтальные карманы – 6 (17,65%), кровоточивость десен разной степени – 4 (11,76%), атрофия десны и рецессии - 13 (38,23%).
Рис. 2. Болезненность при пальпации мышц, в %.
Выявлено, что 19 (55,88%) пациентов никогда ранее не протезировались, а 15 (44,12%) человек пользовались съемными (8,82%) и несъемными (38,24%) конструкциями протезов, в том числе требовали замены 23,53%.
При изучении ширины суставной щели по КЛКТ ВНЧС нами была проведена сравнительная оценка с данными литературы (таб.1), определяющими нормы и патологические изменения суставной щели [35, 36]. Наиболее часто патологические изменения артикулирующих поверхностей диагностированы справа у 13 (38,24%) пациентов, реже слева – 5 (14,71%). Заинтересованность обеих суставных головок отмечалась в 13 (38,24%) случаях. При детальном изучении определи разный уровень расположения правой и левой суставных головок в суставной щели в переднем, среднем и заднем направлениях, перемещение обеих головок, полученные результаты отображены на рис. 3. Эрозии суставных головок выявлены в 13 (38,24%) клинических ситуациях, подвывих одной из суставных головок - 15 (44,12%), остеофит, в результате которого ограничивалась подвижность суставной головки – 6 (17,65%) клинических ситуаций.
Таблица 1. Сравнительный анализ размеров суставной щели в норме и при дисфункции с полученными данными.
Данные размеров суставной щели | Передний отдел | Средний отдел | Задний отдел | |||
Норма, согласно данным литературы | 3,6 ± 0,32 | 3,1 ± 0,18 | 3,0 ± 0,18 | |||
Дисфункция, согласно данным литературы | 3,2±0,21 | 2,5±0,14 | 2,4±0,10 | |||
| справа | слева | справа | слева | справа | слева |
Дисфункция, согласно данным литературы | 3,3±0,23 | 3,5±0,37 | 2,4±0,33 | 2,6±0,21 | 1,8±0,19 | 1,7±0,16 |
Дисфункция, полученные данные | 2,69 ± 0,84 | 2,76 ± 1,01 | 2,79 ± 0,94 | 2,8 ± 1,06 | 2,0 ± 0,7 | 2,05 ± 0,56 |
Рис. 3. Изменение размеров суставной щели в трех взаимно перпендикулярных направлениях.
Данные компьютерной томографии свидетельствуют о преимущественном симметричном смещении нижней челюсти в горизонтальном направлении дистально в 76% случаев. Однако, отмечается довольно высокий процент распространённости ротации нижней челюсти с преимущественным направлением кзади и вправо, о чем свидетельствует увеличение суставной щели справа в центральной части суставной впадины и уменьшение суставной щели слева в передней и средней её частях. Ротационные изменения положения челюсти под действием силы мышц также обеспечивают визуальный эффект асимметрии лица.
При анализе МРТ обоих ВНЧС с функциональной нагрузкой кортикальная пластинка была нарушена у 18 (52,94%) обследованных, изменение структуры костной ткани – 19 (55,88%), изменение положения головок обоих ВНЧС были аналогичными результатам КЛКТ. Магнитно-резонансная томография позволила визуализировать дегенеративные изменения обоих суставных дисков в 38,24% случаев, одностороннее повреждение диска встречалось преимущественно слева (17,65%). Наиболее часто из всех вывихов встречалось вентральное двустороннее смещение обоих суставных дисков (26,47%), с преимущественным односторонним смещением слева (23,53%). Боковые смещения обоих дисков встречались в 20,59% случаев, при этом одностороннее смещение было выявлено только слева (11,76%) (рис.4).
Рис.4. Результаты анализа изменений дисков, темпоральных связок ВНЧС и латеральных крыловидных мышц.
На основании полученных данных для каждого пациента разрабатывался комплекс терапевтических мероприятий. Коррекция психоневрологического статуса проводилась неврологом и психотерапевтом по показаниям с назначением медикаментозных (миорелаксанты, антидепрессанты, антиконвульсанты) и немедикаментозных средств (физиотерапия, психотренинг, медитационные практики и т.п.). Нарушенный постуральный статус корректировался врачами ортопедами путем подбора ортопедических пособий (стелек, воротников, корсетов), врачами ЛФК и кинезиотерапевтами с подбором индивидуальных комплексов упражнений, остеопатами и массажистами. Пациентам рекомендовали пожизненную поддерживающую терапию с кратностью не менее 2 раз в месяц, коррекцию пособий ежегодно после их изготовления.
Стоматологическое лечение заключалось в изготовлении миорелаксационных капп на нижнюю челюсть в течение 1-3 месяцев, стабилизирующих капп в течение последующих 1-3 месяцев. Все каппы изготавливались в артикуляторе методом горячей полимеризации с настройкой индивидуальных углов. Коррекция капп осуществлялась по схеме: 1-я коррекция на следующий день после наложения каппы, последующие коррекции проводились раз в 2-4 недели в зависимости от жалоб пациента. Контроль лечения проводился с помощью визуальных, объективных методов исследования, конусно-лучевой томографии и магнитно-резонансной томографии по показаниям. Далее следовала коррекция окклюзионно-артикуляционных взаимоотношений с использованием избирательного пришлифовывания, композитного протокола, непрямых реставраций, дефекты зубных рядов были замещены съемными конструкциями или протезами с опорой на имплантаты в соответствии с клинической картиной.
Завершили комплексное стоматологическое лечение 24 пациента (70,59%), 10 (29,41%) пациентов по разным причинам прекратили лечение и были исключены из дальнейшего исследования. Полное восстановление симметрии лица было достигнуто у 21 человека (87,5%), частичное у 3 (12,5%). Высота нижнего отдела лица, синхронность окклюзионных контактов восстановлена у всех пациентов. Шумовые явления в области сустава сохранилось в 3 (8,8%) случаях, что связано с наличием артроза в суставных головках. У пациентов с невправляемыми вывихами интенсивность щелчков снизилась, боль на момент завершения лечения отсутствует. Следует отметить, что все пациенты этой группы отказались от последующего хирургического лечения. Объем открывания рта в результате терапии достигал нормы у 20 (83,33%) обследуемых, увеличился, но в соответствии с нормой остался ограниченным у 4 (16,67%). Пальпация мышц ЧЛО и плечевого пояса была преимущественно безболезненной. Согласно рентгенологическому контролю, практически у всех пациентов получилось достичь коррекции положения суставных головок в суставной впадине и приблизить их к нормальному расположению.
Обсуждение полученных результатов. Данные визуального обследования, пальпации мышц, результатов рентгенологических методов исследования в совокупности с учетом биомеханики зубочелюстного аппарата свидетельствуют о смещении нижней челюсти преимущественно вправо с формированием функциональной асимметрии. Согласно анкетным данным, предикторами дисфункционального состояния наряду со стоматологическими проблемами были нарушенные психо-неврологический, постуральный статус, нарушение продолжительности и качества сна, которыетакже требуют коррекции.
Больше половины пациентов в анамнезе заболевания указывали на изменение состояния твердых тканей зубов и их положения, нарушение жевания, поиск удобного положения нижней челюсти. При этом реальные изменения в зубочелюстном аппарате (трещины, абфракционные дефекты, вторичные деформации, рецессии и убыль уровня десны), связанные с функциональной перегрузкой были диагностированы в соответствии с жалобами. Интересно отметить, что наличие фасеток стираемости твердых тканей зубов, преждевременные контакты выявлено в 91,18% и 85% соответственно, что свидетельствует о частично латентном течении патологического процесса.
Пальпация латеральной крыловидной мышцы и основания прикрепления сухожилия височной мышцы были болезненны преимущественно слева, данные МРТ свидетельствовали о преимущественной дислокации левого суставного диска, так же выявлен высокий процент распространенности преждевременных контактов, которые препятствуют правильному смыканию челюсти, отвечают за ротацию нижней челюсти, больше слева, в попытке организма достигнуть адаптационного функционального оптимума. Увеличение сократительной способности правой жевательной мышцы и правой медиальной крыловидной мышцы, проявляющееся болевой реакцией и локальным гипертонусом, свидетельствует о компенсаторных реакциях, направленных на достижение равномерных окклюзионных контактов в привычной окклюзии справа.
Скелетная мускулатура также вовлекается в этот процесс в попытке сохранить постуральную устойчивость о чем свидетельствует нарушение осанки у 82,4% обследованных. Лопаточно-подъязычная мышца отвечает за поддержание вертикального положения головы, участвует в механизмах формирования мигренеподобных головных болей, усиление её тонуса и болезненность определяется также справа. Трапециевидная мышца отвечает за повороты и разгибание шеи, обеспечивает антигравитационный эффект, напрямую связана с эмоциональным дисбалансом. Преимущественная болезненность при пальпации справа так же свидетельствует о вовлечении правой половины плечевого пояса в поддержании положения нижней челюсти и адаптационной постуральной коррекции.
Выводы. Функциональная асимметрия лица формируется в результате мультифакторного воздействия на организм человека, носит полиморбидный характер, имеет четкие биомеханические характеристики и законы формирования. Асимметрия лица является не только эстетической проблемой, требующей внешней коррекции, но и функциональным нарушением, тяжесть которого определяется несколькими этиопатогенетическими механизмами. Данное состояние сопровождается наличием осложненной стоматологической патологии: повышенной стираемостью твердых тканей зубов, функциональной перегрузкой с формированием травматических узлов, нарушением функции мышц и ВНЧС.
В связи с вышеперечисленным данное патологическое состояние требует соблюдения четкого диагностического алгоритма: стоматологическое обследование, выявление факторов риска с определением психо-неврологического и постуральных статусов, КЛКТ и МРТ височно-нижнечелюстных суставов. Для данной группы пациентов важно выполнение именно КЛКТ и МРТ ВНЧС в одном протоколе, поскольку данные исследования дополняют и детализируют клиническую картину.
Стоматологическое лечение без учета общесоматического статуса, состояния мягкотканных структур сустава может приводить к резким срывам адаптационных процессов, что приводит к снижению или невозможности формирования новых компенсаторных механизмов. Комплексное лечение пациентов с асимметрией лица и дисфункциональным состоянием ВНЧС с привлечением интернистов для коррекции сна, постуральной устойчивости, нарушенного психо-неврологического статуса повышают эффективность терапии и дают более долговременный эффект при постепенном формировании новых адаптационных паттернов.
About the authors
Marina Martyusheva
Perm State Medical University named after E.A. Wagner
Author for correspondence.
Email: martyushevamari@mail.ru
ORCID iD: 0000-0003-3689-6358
SPIN-code: 1039-3810
Associate professor of the Prosthetic department
Russian Federation, 614000, Perm, Petropavlovskaya st.,26References
- Takano-Yamamoto, T., Kuroda, S., & traduit par Mme et M Rocca Diagnostic et traitement de patients adultes présentant une asymétrie faciale [Diagnosis and therapy of adult patients with facial asymmetry]. L'Orthodontie francaise; 2009; 80(3): 313–329. https://doi.org/10.1051/orthodfr/2009022
- Thiesen, G., Gribel, B. F., & Freitas, M. P. (2015). Facial asymmetry: a current review. Dental press journal of orthodontics; 2015; 20(6): 110–125. https://doi.org/10.1590/2177-6709.20.6.110-125.sar
- Bishara, S. E., Burkey, P. S., & Kharouf, J. G. Dental and facial asymmetries: a review. The Angle orthodontist; 1994; 64(2): 89–98. https://doi.org/10.1043/0003-3219(1994)064<0089:DAFAAR>2.0.CO;2
- Potryasova A.M., Kabieva H.A. Diagnosis of the functional nature of the asymmetric position of the mandible. Innovative approaches in modern science: collection of articles based on the materials of the XCIII International Scientific and Practical Conference "Innovative Approaches in Modern Science"; 2021: 9(93). doi: 10.32743/25878603.2021.9.93.269779
- Potryasova A.M., Yelovskaya A.A., Kazieva H.A., Bykovskaya T.V., Morozova N.S. Analysis of the prevalence of the skeletal component of mandibular asymmetry Institute of Dentistry; 2021; 1(90):44-45https://www.elibrary.ru/item.asp?id=45632831
- Hwang, Hyeon-Shik et al. Classification of facial asymmetry by cluster analysis. American journal of orthodontics and dentofacial orthopedics: official publication of the American Association of Orthodontists, its constituent societies, and the American Board of Orthodontics; 132 3 (2007): 279.e1-6. PMID: 17826592 doi: 10.1016/j.ajodo.2007.01.017
- Cheong, Y. W., & Lo, L. J. (2011). Facial asymmetry: etiology, evaluation, and management. Chang Gung medical journal, 34(4), 341–351. PMID: 21880188
- Ko, E. W., Huang, C. S., & Chen, Y. R. Characteristics and corrective outcome of face asymmetry by orthognathic surgery. Journal of oral and maxillofacial surgery: official journal of the American Association of Oral and Maxillofacial Surgeons; 2009; 67(10), 2201–2209. https://doi.org/10.1016/j.joms.2009.04.039
- Kai, R., Umeki, D., Sekiya, T., & Nakamura, Y. Defining the location of the dental midline is critical for oral esthetics in camouflage orthodontic treatment of facial asymmetry. American journal of orthodontics and dentofacial orthopedics: official publication of the American Association of Orthodontists, its constituent societies, and the American Board of Orthodontics; 2016; 150(6), 1028–1038. https://doi.org/10.1016/j.ajodo.2015.10.035
- Linden, O. E., He, J. K., Morrison, C. S., Sullivan, S. R., & Taylor, H. O. B. The Relationship between Age and Facial Asymmetry. Plastic and reconstructive surgery; 2018; 142(5), 1145–1152. https://doi.org/10.1097/PRS.0000000000004831
- Azevedo, A.R., Janson, G., Henriques, J.F., & Freitas, M.R. Evaluation of asymmetries between subjects with Class II subdivision and apparent facial asymmetry and those with normal occlusion. American journal of orthodontics and dentofacial orthopedics : official publication of the American Association of Orthodontists, its constituent societies, and the American Board of Orthodontics; 2006; 129(3), 376–383. https://doi.org/10.1016/j.ajodo.2005.12.002
- Bernini, J. M., Kellenberger, C. J., Eichenberger, M., Eliades, T., Papageorgiou, S. N., & Patcas, R. Quantitative analysis of facial asymmetry based on three-dimensional photography: a valuable indicator for asymmetrical temporomandibular joint affection in juvenile idiopathic arthritis patients?. Pediatric rheumatology online journal; 2020; 18(1), 10. https://doi.org/10.1186/s12969-020-0401-y
- Dinsdale, A., Liang, Z., Thomas, L., & Treleaven, J. Is jaw muscle activity impaired in adults with persistent temporomandibular disorders? A systematic review and meta-analysis. Journal of oral rehabilitation,; 2021; 48(4), 487–516. https://doi.org/10.1111/joor.13139
- Lächler, S., Hirthammer, B. J., & Rösing, F. W. (2020). Quantifying the asymmetries of the human face. Homo: internationale Zeitschrift fur die vergleichende Forschung am Menschen, 71(2), 91–99. https://doi.org/10.1127/homo/2020/1022
- Inui, M., Fushima, K., & Sato, S. Facial asymmetry in temporomandibular joint disorders. Journal of oral rehabilitation;1999; 26(5), 402–406. https://doi.org/10.1046/j.1365-2842.1999.00387.x
- Buranastidporn, B., Hisano, M., & Soma, K. Temporomandibular joint internal derangement in mandibular asymmetry. What is the relationship? European journal of orthodontics; 2006; 28(1), 83–88. https://doi.org/10.1093/ejo/cji073
- Buranastidporn, B., Hisano, M., & Soma, K. Articular disc displacement in mandibular asymmetry patients. Journal of medical and dental sciences; 2004; 51(1), 75–81. PMID: 15137468
- Buranastidporn, B., Hisano, M., & Soma, K. Effect of biomechanical disturbance of the temporomandibular joint on the prevalence of internal derangement in mandibular asymmetry. European journal of orthodontics; 2006; 28(3), 199–205. https://doi.org/10.1093/ejo/cji082
- Trpkova, B., Major, P., Nebbe, B., & Prasad, N. Craniofacial asymmetry and temporomandibular joint internal derangement in female adolescents: a posteroanterior cephalometric study. The Angle orthodontist; 2020; 70(1), 81–88. https://doi.org/10.1043/0003-3219(2000)070<0081:CAATJI>2.0.CO;2
- Ahn, S. J., Lee, S. P., & Nahm, D. S. Relationship between temporomandibular joint internal derangement and facial asymmetry in women. American journal of orthodontics and dentofacial orthopedics : official publication of the American Association of Orthodontists, its constituent societies, and the American Board of Orthodontics; 2005; 128(5), 583–591. https://doi.org/10.1016/j.ajodo.2004.06.038
- Jeon, D. M., Jung, W. S., Mah, S. J., Kim, T. W., & Ahn, S. J. The effects of TMJ symptoms on skeletal morphology in orthodontic patients with TMJ disc displacement. Acta odontologica Scandinavica; 2014; 72(8), 776–782. https://doi.org/10.3109/00016357.2014.906650
- Manfredini D., Segù, M., Arveda N., Lombardo L., Siciliani G., Alessandro Rossi, & Guarda-Nardini L. Temporomandibular Joint Disorders in Patients With Different Facial Morphology. A Systematic Review of the Literature. Journal of oral and maxillofacial surgery: official journal of the American Association of Oral and Maxillofacial Surgeons; 2016; 74(1), 29–46. https://doi.org/10.1016/j.joms.2015.07.006
- Jung, W. S., Kim, H., Jeon, D. M., Mah, S. J., & Ahn, S. J. Magnetic resonance imaging-verified temporomandibular joint disk displacement in relation to sagittal and vertical jaw deformities. International journal of oral and maxillofacial surgery; 2013; 42(9), 1108–1115. https://doi.org/10.1016/j.ijom.2013.03.012
- Ekrami, O., Claes, P., White, J. D., Zaidi, A. A., Shriver, M. D., & Van Dongen, S. Measuring asymmetry from high-density 3D surface scans: An application to human faces. PloS one; 2018; 13(12), e0207895. https://doi.org/10.1371/journal.pone.0207895
- Duran, G. S., Di̇ndaroğlu, F., & Kutlu, P. Hard- and soft-tissue symmetry comparison in patients with Class III malocclusion. American journal of orthodontics and dentofacial orthopedics: official publication of the American Association of Orthodontists, its constituent societies, and the American Board of Orthodontics; 2019; 155(4), 509–522. https://doi.org/10.1016/j.ajodo.2018.05.021
- Guercio-Monaco, E., De Stefano, A., Impellizzeri, A., & Galluccio, G. Association between the temporomandibular joint disc position on magnetic resonance imaging and the mandibular deviation on posteroanterior cephalogram: a cross-sectional study in adolescents. La Clinica terapeutica; 2020; 171(6), e509–e516. https://doi.org/10.7417/CT.2020.2265
- Ryakhovsky AN, Vykhodtseva MA. Validation of the technique of TMJ 3D analysis based on computer tomography. Dentistry, Stomatologiia; 2022; 101(1):23–32. https://doi.org/10.17116/stomat202210101123
- Bayan A.M. Determination of spatial displacement of articular heads of temporomandibular joints in patients with musculoskeletal dysfunction according to computed tomography (CT) examination. ScienceRise; 2015; 3 (16): 5-9. doi: 10.15587/2313-8416.2015.53896
- Kadyrova E.V. Investigation of sensory asymmetry of the maxillofacial region in young people. Materials of the international scientific and practical conference "Fundamental and Applied Scientific Research" Samara, 2016; 286-287 https://www.elibrary.ru/item.asp?id=25706042
Supplementary files
![](/img/style/loading.gif)