Effect of ozonotherapy on clinical and immunological indicators in children with allergic rhinitis

Cover Page

Cite item

Abstract

Objective. To determine the effect of ozonotherapy on the clinical indicators and immunological reactivity state in children with a moderate course of persisting allergic rhinitis.

Materials and methods. Children aged 5–10 years with a moderate persisting allergic rhinitis were under observation. They were divided into two groups depending on the therapy applied. Group I of allergic rhinitis patients received a complex generally accepted therapy, group II of allergic rhinitis patients – a complex therapy associated with ozonotherapy. Clinical indices and immunological reactivity parameters were studied during exacerbation and clinical remission in allergic rhinitis children.

Results. Ozonotherapy, included into a complex treatment of group II patients, was established to promote a faster occurrence of full clinical remission and normalization of most parameters of immunological reactivity. Duration of a full clinical remission in the group of allergic rhinitis patients, who received a complex therapy associated with ozonotherapy, more than twofold exceeded its duration in the group of allergic rhinitis patients receiving a complex generally accepted therapy.

Conclusions. The data obtained indicate high clinical, immunomodulating and antirelapsing effect of ozonotherapy that allows recommending its wide use in complex of medical measures among children with persisting allergic rhinitis.

Full Text

Введение

Аллергический ринит является наиболее распространённой аллергопатией [1–3]. У детей с атопическим дерматитом часто диагностируется сопутствующий аллергический ринит, также у детей аллергический ринит может возникнуть как самостоятельное заболевание, и его проявления обычно начинают отмечаться в возрасте 4–6 лет. В развитии аллергического ринита важная роль принадлежит наследственной предрасположенности, атопии и гиперреактивности слизистой оболочки носа. Пусковыми факторами аллергического ринита выступают бытовые, эпидермальные, пыльцевые, грибковые, вирусные и бактериальные аллергены [4–7]. В соответствии с классификацией J. Bousquet (2001), рекомендованной экспертами ВОЗ (2003) для применения в клинической практике, выделяют [8, 9] интермиттирующий (сезонный, острый, случайный) и персистирующий (круглогодичный, хронический, длительный) аллергический ринит.

Современное комплексное лечение детей с аллергическим ринитом базируется на элиминации аллергенов, применении деконгестантов, антигистаминных препаратов, кромонов и интраназальных глюкокортикостероидов [10, 11]. Однако современная комплексная терапия часто недостаточно эффективна и не обеспечивает наступление продолжительной клинической ремиссии у больных персистирующим аллергическим ринитом.

В настоящее время в комплексном лечении ряда острых и хронических заболеваний у взрослых и детей разного возраста успешно применяют озонотерапию, которая обладает противовоспалительным обезболивающим, дезинтоксикационным, бактерицидным, вируцидным, фунгицидным, антиоксидантным и иммуномодулирующим действиями, активирует метаболизм [12, 13]. Однако в литературе отсутствуют данные об использовании озонотерапии в комплексе лечебных мероприятий у детей с аллергическим ринитом, что послужило основанием для проведения настоящего исследования.

Цель исследования – определить клинический, иммуномодулирующий и противорецидивный эффекты озонотерапии при среднетяжёлом персистирующем аллергическом рините у детей.

Материалы и методы исследования

Под наблюдением находились 100 детей в возрасте 5–10 лет (57 мальчиков и 43 девочки) со среднетяжёлым персистирующим аллергическим ринитом (ПАР), которых разделили на две группы в зависимости от проводимой терапии. Первая группа (47 пациентов) получала комплексную общепринятую терапию, вторая (53 пациента) – комплексное лечение в сочетании с озонотерапией.

Родителям пациентов обеих групп давали советы по созданию гипоаллергенных условий быта, пациентам рекомендовали индивидуальную гипоаллергенную диету. Больным первой группы назначали зиртек (внутрь по 10 капель один раз в день в течение двух недель), називин в виде спрея (0,05%-ный по одной ингаляции два раза в день в течение недели), авамис в виде спрея (впрыскивание по одной дозе (27,5 мкг) в каждый носовой ход один раз в день в течение двух недель). Больным второй группы назначали в целом такое же комплексное лечение, но в сочетании с озонотерапией, для проведения которой использовали ультразвуковой низкочастотный оториноларингологический аппарат «Тонзиллор-ММ» (разработчик: НПП «Метромед», г. Омск). При этом через направляющую фторопластиковую втулку в область преддверья носа вводили волновод-инструмент «ВИ16» и после включения блока управления осуществляли низкочастотную ультразвуковую санацию слизистой оболочки носа путём напыления струйно-аэрозольным факелом (пять напылений по 10 с для каждой половины носа, ежедневно в течение 10 дней) озонированной 10%-ной масляной эмульсии [14].

Производство озона осуществлялось при помощи синтезатора «А-с-ГОКСф-5-05ОЗОН» (сертификат соответствия № РОССRU.001.11ИМ25. Соответствует требованиям нормативных документов ГОСТ Р 50444-92 (Рр-3.4), ГОСТ Р 0267.0267.0-92, ГОСТ Р 50267.0.2005), в котором озон получают действием тихого электрического разряда на кислород (изготовитель ОАО «Электромашиностроительный завод «ЛЕПСЕ», г. Киров). Оливковое масло для приготовления 10%-ной масляной эмульсии озонировали при концентрации озона на выходе из синтезатора 20 мг/мл, время барботирования 100 мл оливкового масла составляло 15 мин.

Первый курс комплексной общепринятой терапии и первый курс комплексного лечения, включающего озонотерапию, проводили пациентам соответствующих групп с 1–2-го дня наблюдения, второй курс комплексной общепринятой терапии и второй курс комплексного лечения в сочетании с озонотерапией – через три месяца от начала наблюдения. При проведении сеансов озонотерапии осложнений и побочных реакций у пациентов не возникало. Катамнестическое наблюдение больных аллергическим ринитом осуществляли в течение года.

Для оценки состояния иммунитета у 100 больных персистирующим ринитом среднетяжелого течения в первые 1–2 дня наблюдения (период обострения заболевания) и через 17–20 дней от начала наблюдения и лечения (период клинической ремиссии) определяли содержание популяций и субпопуляций лимфоцитов (CD3-л, CD4-л, CD8-л, HLA-DR+-л, CD16-л, CD20-л) в крови, вычисляли иммунорегуляторный индекс (ИРИ) CD4/CD8, исследовали содержание иммуноглобулинов G, A, M, E и циркулирующих иммунных комплексов (ЦИК) в сыворотке крови, показатели фагоцитарной активности нейтрофилов (ФАН), фагоцитарного индекса (ФИ) и теста восстановления нитросинего тетразолия в цитоплазме нейтрофилов (НСТ-тест), паттерн-распознающие рецепторы – толл-подобные рецепторы (Toll-like receptor) TLR2 и TLR6. Контрольную группу в этих исследования составили 83 практически здоровых детей аналогичного возраста, проживающих в г. Кирове и Кировской области.

Для определения содержания CD3-, CD4-, CD8-, HLA-DR+-, CD16- и CD20-лимфоцитов в крови больных аллергическим ринитом использовали реакцию непрямой иммунофлюоресценции (РНИФ), где иммунофенотипирование проводилось с помощью наборов моноклональных антител ЛТ3, ЛТ4, ЛТ8, МКА HLA-DR, ЛТ16 и ЛТ20, изготовленных Нижегородским ООО НПК «Препарат». Результаты исследований выражали в процентах и абсолютных числах. Иммунорегуляторный индекс CD4/CD8 представлял собой отношение процентного содержания CD4- и CD8-лимфоцитов в крови.

Содержание иммуноглобулинов классов G, A, M, E в сыворотке крови больных аллергическим ринитом определяли методом иммуноферментного анализа (ИФА) в соответствии с инструкцией к набору реагентов «Иммуноскрин-G,A,M,E ИФА-Бест» (ЗАО «Вектор-Бест», г. Новосибирск); результаты исследования иммуноглобулинов G, A, M в сыворотке крови выражали в г/л, а результаты исследования содержания иммуноглобулина Е в сыворотке крови – в МЕ/мл. Содержание циркулирующих иммунных комплексов в сыворотке крови больных аллергическим ринитом определяли методом преципитации в растворе полиэтиленгликоля [15]; результаты выражали в ед.опт.пл.

Фагоцитарную активность нейтрофилов у больных аллергическим ринитом оценивали, используя в качестве фагоцитируемого объекта частицы латекса размером 1,1 мкм (Sigma, США), по методу С.Г. Потаповой с соавт. [16]; результаты выражали в процентах. Фагоцитарный индекс рассчитывали как среднее количество частиц латекса, поглощённое одним нейтрофилом. Спонтанный НСТ-тест оценивали у больных аллергическим ринитом, подсчитывая количество клеток, образующих гранулы нерастворимого диформазана [17]; результаты выражали в процентах.

Исследование толл-подобных рецепторов-2 и толл-подобных рецепторов-6 у больных аллергическим ринитом проводили на проточном цитофлоуриметре Epics XI (Beckman Coulter Inc., США). При этом оценивали показатели экспрессии маркеров CD282 и CD286, изготовленных в ЗАО «Био-Хим-Мак Диагностика» (г. Москва), на лимфоцитах, моноцитах и нейтрофилах; результаты выражали в пл. усл. ед.

Результаты, полученные при исследовании клинических и иммунологических параметров у больных аллергическим ринитом, обрабатывали методом вариационной статистики; для оценки влияния фактора озонотерапии на отдельные клинические показатели применяли метод однофакторного дисперсионного анализа [18]. Обработку цифрового материала осуществляли в персональном компьютере в приложении Microsoft Office Excel Mac 2011. Результаты специальных исследований в группах больных аллергическим ринитом сравнивали между собой и с результатами этих исследований у практически здоровых детей.

Результаты и их обсуждение

Главными задачами комплексного лечения наблюдаемых детей со среднетяжёлым персистирующим аллергическим ринитом являлось устранение обострения аллергического воспаления слизистой оболочки носа и других проявлений заболевания, снижение готовности организма к возникновению аллергической реакции и увеличение продолжительности клинической ремиссии.

Наблюдения показали, что комплексная общепринятая терапия и комплексное лечение в сочетании с озонотерапией, проводимые в соответствующих группах больных среднетяжёлым персистирующим аллергическим ринитом, способствовали улучшению самочувствия и аппетита, нормализации сна, уменьшению, а затем исчезновению охриплости голоса и спастического кашля, нормализации носового дыхания, прекращению зуда в носу и чихания, прекращению слизистых или водянистых выделений из носа, нормализации риноскопической картины (табл. 1).

Наступление полной клинической ремиссии в первой группе больных персистирующим аллергическим ринитом, получавших комплексную общепринятую терапию, констатировалось спустя 16,8 ± 0,4 сут от начала лечения, а во второй – спустя 13,1 ± 0,5 сут от начала лечения. Таким образом, во второй группе больных персистирующим аллергическим ринитом, получавших комплексное лечение в сочетании с озонотерапией, наступление клинической ремиссии регистрировалось в среднем на 3,7 сут раньше, нежели в первой группе (p < 0,001).

Результаты, полученные при исследовании параметров иммунологической реактивности, в первой и второй группах больных представлены в табл. 2 и 3.

Как следует из материала, приведенного в табл. 2, в первой и во второй группах больных персистирующим аллергическим ринитом в периоде обострения заболевания отмечалось увеличение относительного и абсолютного количества CD3-лимфоцитов (p < 0,001; p < 0,001; p < 0,001; p < 0,001), уменьшение относительного количества CD4-лимфоцитов (p < 0,001; p < 0,001), увеличение относительного и абсолютного количества CD8-лимфоцитов (p < 0,001; p < 0,001; p < 0,001; p < 0,001), уменьшение иммунорегуляторного индекса (p < 0,01; p < 0,001), уменьшение относительного количества HLA-DR+-лимфоцитов (p < 0,001; p < 0,01), уменьшение относительного количества CD16-лимфоцитов (p < 0,001; p < 0,001) при увеличении абсолютного количества этих клеток (p < 0,001; p < 0,001), увеличение относительного и абсолютного количества CD20-лимфоцитов (p < 0,05; p < 0,05; p < 0,001; p < 0,001) в крови. При этом статистически достоверной разницы между относительным и абсолютным количеством популяций и субпопуляций лимфоцитов в крови в первой и второй группах в периоде обострения заболевания не обнаруживалось.

 

Таблица 1

Сроки ликвидации основных клинических симптомов в первой группе больных ПАР, получавших комплексную общепринятую терапию, и во второй группе больных ПАР, получавших комплексное лечение в сочетании с озонотерапией (М ± m)

Клинический симптом

Сроки ликвидации основных клинических симптомов, сут

1-я группа больных ПАР,

n = 47

2-я группа больных ПАР,

n = 53

Нормализация самочувствия и аппетита

6,7 ± 0,2

4,4 ± 0,1*

Нормализация сна

5,6 ± 0,2

4,0 ± 0,2*

Исчезновение охриплости голоса и спастического кашля

 

6,9 ± 0,1

 

5,2 ± 0,2*

Нормализация носового дыхания

6,4 ± 0,3

5,0 ± 0,1*

Исчезновение зуда в носу

5,5 ± 0,2

4,3 ± 0,2*

Прекращение чихания

5,0 ± 0,2

4,3 ± 0,1*

Прекращение слизистых или водянистых выделений из носа

 

8,3 ± 0,3

 

7,0 ± 0,1*

Нормализация риноскопической картины

14,3 ± 0,4

11,4 ± 0,3*

Примечание: * – p < 0,001 по сравнению с показателями в группе больных аллергическим ринитом, получавших комплексную общепринятую терапию.

 

Таблица 2

Популяции и субпопуляции лимфоцитов в крови в первой группе больных ПАР, получавших комплексную общепринятую терапию, и во второй группе больных ПАР, получавших комплексное лечение в сочетании с озонотерапии (М ± m)

Показатель

Здоровые дети,

n = 83

Период обострения заболевания

Период клинической ремиссии

1-я группа, n = 47

2-я группа, n = 53

1-я группа, n = 47

2-я группа, n = 53

CD3-л, %

CD3-л,109/л

CD4-л, %

CD4-л,109/л

CD8-л, %

CD8-л,109./л

ИРИ CD4/CD8

HLA-DR+-л, %

HLA-DR+-л,109/л

CD16-л, %

CD16-л,109/л

CD20-л, %

CD20-л,109/л

 64,10 ± 1,25

 1,04 ± 0,07

 49,80 ± 0,80

 0,73 ± 0,03

 25,50 ± 0,50

 0,36 ± 0,01

 2,10 ± 0,06

 19,50 ± 1,06

 0,33 ± 0,02

 18,20 ± 1,95

 0,37 ± 0,05

 9,30 ± 0,77

 0,17 ± 0,02

 72,47 ± 1,38*

 1,97 ± 0,16*

 41,63 ± 1,87*

 0,90 ± 0,10

 31,83 ± 1,70*

 0,60 ± 0,05*

 1,50 ± 0,18*

 13,40 ± 1,69

 0,42 ± 0,02

 12,67 ± 1,18*

 0,63 ± 0,06*

 11,73 ± 0,91*

 0,34 ± 0,03*

 79,20 ± 1,80*

 1,98 ± 0,18*

 41,82 ± 1,90*

 0,93 ± 0,12

 32,72 ± 1,65*

 0,58 ± 0,04*

 1,53 ± 0,16*

 13,87 ± 1,70*

 0,38 ± 0,04

 12,70 ± 1,09*

 0,66 ± 0,05*

 11,57 ± 0,73*

 0,28 ± 0,03*

 68,83 ± 1,41*

 1,73 ± 0,12*

 43,70 ± 1,94*

 0,81 ± 0,08

 28,76 ± 1,30*

 0,45 ± 0,04*

 1,82 ± 0,24

 15,73 ± 1,34*

 0,39 ± 0,04

 17,10 ± 1,81

 0,39 ± 0,05

 12,10 ± 0,76*

 0,33 ± 0,03*

 65,10 ± 1,02

 1,45 ± 0,12*

 48,27 ± 1,05

 0,62 ± 0,06

 25,13 ± 0,68

 0,32 ± 0,03

 1,95 ± 0,19

 18,50 ± 1,25

 0,34 ± 0,05

 16,90 ± 1,18

 0,37 ± 0,04

 9,73 ± 0,64

 0,22 ± 0,03

Примечание: * – p < 0,05–0,001 по сравнению с показателями у практически здоровых детей.

 

В периоде клинической ремиссии в первой и во второй группах регистрировались неоднозначные изменения содержания лимфоцитарных клеток в крови. Так, в первой группе (см. табл. 2) в периоде клинической ремиссии имело место увеличение относительного и абсолютного количества CD3-лимфоцитов (p < 0,02; p < 0,001), уменьшение относительного количества CD4-лимфоцитов (p < 0,01), увеличение относительного и абсолютного количества CD8-лимфоцитов (p < 0,02; p < 0,05), уменьшение относительного количества HLA-DR+ – лимфоцитов (p < 0,001), увеличение относительного и абсолютного количества CD20-лимфоцитов (p < 0,05; p < 0,001) в крови. Во второй группе (см. табл. 2) в периоде клинической ремиссии регистрировалось только увеличение абсолютного количества CD3-лимфоцитов (p < 0,001) при отсутствии достоверных изменения содержания других лимфоцитарных клеток в крови.

В обеих группах больных персистирующим аллергическим ринитом в периоде обострения заболевания (см. табл. 3) констатировались одинаковые по характеру сдвиги содержания сывороточных иммуноглобулинов, которые проявлялись в повышении содержания иммуноглобулинов G (p < 0,001; p < 0,001) и М (p < 0,001; p < 0,001), резко выраженном повышении содержания иммуноглобулина Е (p < 0,001; p < 0,001) при отсутствии существенных изменений содержания иммуноглобулина А и циркулирующих иммунных комплексов в сыворотке крови. В периоде клинической ремиссии в первой группе больных аллергическим ринитом, получавших комплексную общепринятую терапию (см. табл. 3), регистрировалось высокое содержание иммуноглобулинов G (p < 0,001), M (p < 0,001) и Е (p < 0,001) при отсутствии достоверных изменений содержания иммуноглобулина А и циркулирующих иммунных комплексов в сыворотке крови. Во второй группе больных аллергическим ринитом, получавших комплексное лечение в сочетании с озонотерапией (см. табл. 3), в периоде клинической ремиссии отмечалось только повышение содержания иммуноглобулина Е (p < 0,001), тогда как содержание других иммуноглобулинов и циркулирующих иммунных комплексов не отличалось от содержания их в сыворотке крови у практически здоровых детей.

 

Таблица 3

Содержание иммуноглобулинов и циркулирующих иммунных комплексов в сыворотке крови, показатели фагоцитоза в первой группе больных ПАР, получавших комплексную общепринятую терапию, и во второй группе больных ПАР, получавших комплексное лечение сочетании с озонотерапией (М ± m)

Показатель

Здоровые дети,

n = 83

Период обострения заболевания

Период клинической ремиссии

1-я группа, n = 47

2-я группа, n = 53

1-я группа, n = 47

2-я группа, n = 53

IgG,г/л

IgA,г/л

IgM,г/л

IgE,ME/мл

ЦИК, ед. опт. пл.

ФАН, %

ФИ

НСТ-тест, %

 8,90 ± 0,14

 0,86 ± 0,03

 1,10 ± 0,04

 91,00 ± 26,20

 0,070 ± 0,004

 66,70 ± 1,11

 10,80 ± 0,17

 17,70 ± 0,69

 11,15 ± 0,38*

 1,03 ± 0,14

 1,72 ± 0,09*

 535,80 ± 40,04*

 0,067 ± 0,002

 76,50 ± 1,99*

 8,62 ± 0,97*

 12,57 ± 1,10*

 11,22 ± 0,40*

 1,01 ± 0,12

 1,69 ± 0,10*

 524,80 ± 41,91*

 0,069 ± 0,003

 76,27 ± 2,22*

 8,79 ± 0,93*

 12,87 ± 0,93*

 10,24 ± 0,20*

 0,99 ± 0,14

 1,44 ± 0,07*

 492,30 ± 51,71*

 0,075 ± 0,005

 73,37 ± 1,81*

 9,39 ± 0,50*

 15,53 ± 0,82*

 9,07 ± 0,15

 1,12 ± 0,24

 1,26 ± 0,08

 281,50 ± 32,16*

 0,070 ± 0,003

 68,80 ± 2,15

 10,64 ± 0,14

 17,73 ± 0,78

Примечание: * – p < 0,05–0,001 по сравнению с показателями у практически здоровых детей.

 

В первой и во второй группах в период обострения заболевания (см. табл. 3) констатировалось повышение фагоцитарной активности нейтрофилов (p < 0,01; p < 0,001) при понижении значений фагоцитарного индекса (p < 0,05; p < 0,05) и НСТ-теста (p < 0,001; p < 0,001). В периоде клинической ремиссии в первой группе сохранялось повышение фагоцитарной активности нейтрофилов (p < 0,01) при снижении значений фагоцитарного индекса (p < 0,01) и НСТ-теста (p < 0,05), тогда как во второй группе фагоцитарная активность нейтрофилов, значения фагоцитарного индекса и НСТ-теста существенно не отличались от показателей фагоцитоза у практически здоровых детей.

В обеих группах в периоде обострения заболевания достоверных изменений экспрессии толл-подобных рецепторов-2 и толл-подобных рецепторов-6 на лейкоцитарных клетках не выявлено. В периоде клинической ремиссии в первой группе регистрировалось повышение плотности экспрессии толл-подобных рецепторов-2 на лимфоцитах (p < 0,001), повышение плотности экспрессии толл-подобных рецепторов-6 на моноцитах (p < 0,05) и нейтрофилах (p < 0,05), повышение относительного количества нейтрофилов (p < 0,001), экспрессирующих толл-подобные рецепторы-6. Во второй группе в периоде клинической ремиссии выявлялось повышение плотности экспрессии толл-подобных рецепторов-2 на лимфоцитах (p < 0,001), повышение плотности экспрессии толл-подобных рецепторов-6 на моноцитах (p < 0,02) и нейтрофилах (p < 0,001), повышение относительного количества моноцитов (p < 0,001) и нейтрофилов (p < 0,001), экспрессирующих толл-подобные рецепторы-2, и повышение относительного количества нейтрофилов (p < 0,01), экспрессирующих толл-подобные рецепторы-6.

В первой группе детей со среднетяжёлым персистирующим аллергическим ринитом, получавших комплексную общепринятую терапию, спустя 3,9 ± 0,3 месяца от начала клинической ремиссии вновь появлялись признаки обострения заболевания. Во второй группе детей со среднетяжёлым персистирующим аллергическим ринитом, которым наряду с комплексным общепринятым лечением были проведены два курса озонотерапии с интервалом между ними в три месяца, клинические признаки обострения заболевания не отмечались в течение 9,3 ± 0,2 месяца. Таким образом, продолжительность клинической ремиссии во второй группе больных аллергическим ринитом превышала в 2,4 раза (p < 0,001) таковую в первой группе. Обработка цифрового материала методом однофакторного дисперсионного анализа позволила установить, что доля влияния фактора озонотерапии на продолжительность клинической ремиссии во второй группе составляет 70,2 % (p < 0,01).

Выводы

Представленные выше результаты собственных исследований свидетельствуют, что включение озонотерапии в комплексное лечение детей дошкольного и младшего школьного возраста, страдающих среднетяжёлым персистирующим аллергическим ринитом, обеспечивало более быстрое наступление полной клинической ремиссии.

В периоде клинической ремиссии во второй группе больных аллергическим ринитом, получавших комплексное лечение в сочетании с озонотерапией, в отличие от больных второй группы, получавших только комплексную общепринятую терапию, регистрировалась нормализация большинства параметров иммунологической реактивности, а также более выраженное повышение функциональной активности толл-подобных рецепторов-2 и толл-подобных рецепторов-6, что является признаком высокой неспецифической противомикробной резистентности.

Проведение повторного курса комплексного лечения в сочетании с озонотерапией (через три месяца после первого курса) второй группе больных аллергическим ринитом обеспечивало сохранение полной клинической ремиссии, продолжительность которой превышала в 2,4 раза её продолжительность в первой группе больных аллергическим ринитом.

Полученные данные указывают на высокие клинический, иммуномодулирующий и противорецидивный эффекты озонотерапии, что позволяет рекомендовать широкое использование её в комплексе лечебных мероприятий при персистирующем аллергическом рините у детей.

×

About the authors

Yan Yurievich Illek

Kirov State Medical University, Russian Federation

Email: yanillek@gmail.com

MD, PhD, Professor, Head of Department of Pediatrics

Russian Federation, Kirov

Irina Gennadievna Suetina

Kirov State Medical University

Email: vitasphere@mail.ru

Candidate of Medical Sciences, Associate Professor, Department of Pediatrics

Russian Federation, Kirov

Galina Vladimirovna Solovieva

Kirov State Medical University

Email: vitasphere@mail.ru

Candidate of Medical Sciences, Associate Professor, Department of Pediatrics

Russian Federation, Kirov

Elena Yurievna Tarasova

Kirov State Medical University

Email: vitasphere@mail.ru

Candidate of Medical Sciences, Associate Professor, Department of Pediatrics

Russian Federation, Kirov

Natalia Vladimirovna Khlebnikova

Kirov State Medical University

Email: vitasphere@mail.ru

Candidate of Medical Sciences, Associate Professor, Department of Pediatrics

Russian Federation, Kirov

Igor Yurievich Mishchenko

Kirov State Medical University

Email: vitasphere@mail.ru

Candidate of Medical Sciences, Associate Professor, Department of Pediatrics

Russian Federation, Kirov

Larisa Leonidovna Ryseva

Kirov State Medical University

Email: vitasphere@mail.ru

Candidate of Medical Sciences, Associate Professor, Department of Pediatrics

Russian Federation, Kirov

Nina Pavlovna Leushina

Kirov State Medical University

Email: vitasphere@mail.ru

andidate of Medical Sciences, Associate Professor, Department of Pediatrics

Russian Federation, Kirov

Marina Leonidovna Vyaznikova

Kirov State Medical University

Author for correspondence.
Email: vitasphere@mail.ru

Candidate of Medical Sciences, Associate Professor, Department of Pediatrics

Russian Federation, Kirov

References

  1. Namazova L.S. Atopic dermatitis. Attending physician 2006; 4: 72–78 (in Russian).
  2. Ilyenkova N.A. Allergic rhinitis in children. Bulletin of the clinical hospital 2008; 3 (2): 19–29 (in Russian).
  3. Bosenko Yu.A. Atopic dermatitis and allergic rhinitis as stages of age-related evolution of allergic diseases in children of the first five years of life: Dissertation, Candidate of Medical Sciences, Moscow 2008; 147 (in Russian).
  4. Namazova L.S. Atopic dermatitis. Attending physician 2006; 4: 72–78 (in Russian).
  5. Zaplatnikov A.L. Allergic rhinitis in the practice of a pediatrician. Russian Medical Journal 2009; 17 (5): 946–951 (in Russian).
  6. Guseva E.D., Faizullina R.M., Khanova A.K. Causes of violation of nasal breathing in children of different vrastnyh groups. DOCTOR.RU 2012; 4 (72): 22–24 (in Russian).
  7. Polevshchikov A.V. Allergic rhinitis: ways of pharmacological correction. Medical business 2006; 2: 53–58 (in Russian).
  8. Balabolkin I.I., Ksenzova L.D., Ryleeva I.V., Revyakina V.A., Studenikin N.I. Allergic rhinitis. Children's allergology. Ed. of A.A. Baranov, I.I. Balabolkin. Moscow 2006; 372–386 (in Russian).
  9. Turovsky A.B., Semkina O.V., Kondrashina V.V. Step therapy of allergic rhinitis. DOCTOR.RU 2013; 8 (86): 14–19 (in Russian).
  10. Fokkens W.J., Creshati E., dos Santos J.M., Praca F., van Zanten M., Schade A., Simon G. Budesonide aqueous nasal spray is an effective treatment in children with perennial allergic rhinitis, with an onset of action within 12 hours. Annals of Allergy, Asthma & Immunology, Cochrane Library 2002; 89 (3): 279–284 (in Russian).
  11. Mandl M., Nolop K., Lutsky B.N. Comparison of once daily mometasone furoate (Nasonex) and fluticasone propionate aquesous nasal spray for the treatment of perennial rhinitis. Annals of Allergy, Asthma and Immunology, Cpchrane library 1997; 79 (3): 237–245 (in Russian).
  12. Maslennikov O.V., Kontorshchikova K.N., Gribkova I.A. Ozone Therapy Guide, Second edition, revised and enlarged. Nizhny Novgorod 2008; 326 (in Russian).
  13. Maslennikov O.V., Kontorshchikova K.N., Shakhov B.E. Ozone Therapy Guide, Third edition, revised and enlarged. Nizhny Novgorod 2012; 332 (in Russian).
  14. Pedder V.V., Ovchinnikov Yu.M., Khrustaleva E.V., Surgutskova I.V., Pedder A.V., Ganzha A.M., Shkuro Yu.V., Paimanov O.N., Shudin A.V., Kamalova I.A., Batyaikin A.P. Ozone / NO-ultrasound technologies in the treatment of diseases of ENT organs: Methodical recommendations. Under the general editorship of V.V. Pedder and Yu.M. Ovchinnikov. 2nd edition, revised and supplemented. Omsk 2013; 40 (in Russian).
  15. Belokrinitskiy D.V. Methods of clinical immunology. Laboratory research methods in the clinic. Edited by V.V. Menshikov. Moscow 1987; 277–311 (in Russian).
  16. Potapova S.G., Khrustinov N.V., Remizov N.V., Kozinets G.I. Study of the absorption capacity of blood neutrophils using latex particles. Problems of hematology and blood transfusion 1977; 2: 58–59.
  17. Petrov R.V., Khaitov R.M., Pinegin B.V. Assessment of the immune system in mass examinations. Methodical recommendations for researchers and doctors of practical health care. Immunology 1992; 6: 51–62.
  18. Merkov A.M., Polyakov L.E. Sanitary statistics. Leningrad 1974; 362.

Supplementary files

There are no supplementary files to display.


Copyright (c) 2021 Illek Y.Y., Suetina I.G., Solovieva G.V., Tarasova E.Y., Khlebnikova N.V., Mishchenko I.Y., Ryseva L.L., Leushina N.P., Vyaznikova M.L.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-ShareAlike 4.0 International License.

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies